November 12th, 2012

webcam

Жёлтый дом и синее дерево, иней и солнце.

Ехали в субботу вечером в Шишкино замерзшие, голодные и печальные. Приехали, а у родителей там две кастрюли дамлямы из тающей во рту баранины с овощами (потому что в одну не влезло), водка, бутылка шато Moulin de prayer 2009 года припрятана между буфетом и этажеркой, огурцы солёные, капуста красная, печка натоплена и даже коробка любимой пастилы ждёт своего дессертного часа. И как-то после второго бокала всё начинает стремительно налаживаться, и пока брат с семейством едет в ночи, мы идем с мамой в баню.В парной 120 градусов, мы слишком долго ехали и маман переборщила с дровами, я выкатываюсь оттуда с бьющимся где-то в горле сердцем и намерьем назад не возвращаться. Когда спящих детей приносят из машины и укладывают наверху, температура падает до 80, мы успеваем повторить аттакцион "сползи в полуобмороке с полатей мимо печки без потерь" еще пару раз и прикончить чайник травяного чая.

У Насти на кухне книжка и бутылка белого, я присоединяюсь, мы неспеша рассказываем друг другу что, у кого и как, когда приходит мама и сообщает, что "там такой пояс ориона, мои калоши в прихожей, надень пальто прямо на халат" и "нет, завтра мы поедем рано, звезд еще не будет видно" на мои попытки перенести лицезрение пояса на другой раз. И мы выходим, и трава вся в инее проминается под ногами, и звезды просто о-фи-ген-ны-е, и Настя находит орион и его пояс, и мы стоим и смотрим, запрокинув головы, а на нас оттуда смотрят кассиопея, большая медведица, полярная звезда и какая-то очень яркая планета. А потом я иду спать.

Утро начинается с бесконечного Гришиного:
- Мам. Мама. Ма-ма, ма-ма, ма-ма, ма-ма. Мама. Маааам. Мам. Мама. Мама. Ма-ма, ма-ма, ма-ма, ма-ма. Мама.
- Гриш, может я тебе помогу? -- голос брата. -- Нет, только мама. Мама. Ма-ма, ма-ма, ма-ма, ма-ма. Мама. Маааам. Мам. Мама. Мама. Ма-ма, ма-ма, ма-ма, ма-ма. Мама.
- Что?
- Где мои трусы?
- На стуле, -- обреченно выдыхает Настя из сна. Пара минут тишины, потом опять. -- Мама. Ма-ма, ма-ма, ма-ма, ма-ма. Мама. Маааам. Мам. Мама. Мама. Ма-ма, ма-ма, ма-ма, ма-ма. Мама. Одень меня. Одень меня. Одень меня.

Потом, кажется, брат уносит племянничка вместе с его кризисом трех лет вниз, оттуда слышно что-то про кашу с вареньем и тосты. Возвращаются они уже вдвоем с Федей, наетые, полные сил и жажды действий, деваться некуда -- приходится вставать. На улице всё в инее и солнце.

1_H105301

Collapse )

Фотографии сначала не вставлялись, потом вообще всё схлопнулось вместе с комментариями. Еще у меня нет рабочего монитора -- прошу отнестись с пониманием.